no©2000-2019 КиБиткА
Летопись Группы АлисА
Ваш логин:
Пароль:

 

Поиск:

 

2 февраля 2018 - М.Нефёдов в программе "Звёздный ветер" на радио "Город Кудрово" (Санкт-Петербург)

2 февраля в 20:00, в программе "Звездный ветер" гостем эфира Радио Город Кудрово стал Михаил Нефёдов - участник музыкальных групп: Разные люди, Электрические партизаны, Пульс Неразрешения, один из основателей и бессменный барабанщик группы "АлисА", в течении 20 лет.

 

"Радио Город Кудрово"
gorodkudrovo.ru

 

 

 

М.Нефёдов в программе "Звёздный ветер" на радио "Город Кудрово" (Санкт-Петербург), 2 февраля 2018

 

 

Расшифровка:

 

- Если говорить о гитаристах, то там было всё в принципе понятно. Были какие-то Уралы и прочие. - Были всякие, были и Музимы всякие.

 

- Да, старые советские. - Ну, не только советские. Из соцлагеря, так скажем. ГДР-ские и ещё что-то.

 

- Подозреваю, что в Советском Союзе с барабанами было всё гораздо лучше всё-таки.
- Тоже было не очень хорошо, потому что у нас была одна только фабрика Энгельса, называлась, там делали барабаны. Единственное, каким-то образом нам удавалось достать там через какие-то десятые руки барабанную установку Trowa производства ГДР. Или Amati чешскую – это вообще. Если ты был обладателем Amati, то ты мог ходить и ни с кем не здороваться. Но была такая поговорка: "Не имей Amati, а умей лабати". Поэтому вот как бы.

 

- А как Вы стали барабанщиком? Что побудило заняться барабанами?
- Я, как и все пацаны моего возраста, где-то в классе 6-7 взял гитару в руки сначала акустическую. Пели во дворе песни всякие, блатные и не блатные, лирические и не лирические. Всякие. Хорошие и не очень хорошие. Собирались просто вечерами во дворе и проводили таким образом время. И практически все мои одноклассники и однодворники, так скажем, все играли на гитарах. Кто-то хуже, кто-то лучше. Но играли практически все. Но где-то уже став постарше, я понял, что всё-таки вот, слыша любую музыку, мне хочется топать при этом ногой или рукой. Я всё время дёргался, когда какая-то ритмичная музыка. Или даже не очень ритмичная. Мне почему-то хотелось всё время подстукивать. И таким образом я понял, что вероятно всё-таки мой инструмент – это барабаны. И когда у нас создавался в школе ансамбль, школьный, как и во всех школах того периода. Пел же Чиж в своей песне («за актовым залом»), он, кстати, всё пел правильно о тех временах. Мы с Чижом одного года рождения, он пел о тех наших временах. И первым делом я естественно сказал, что я буду играть на барабанах. Хотя ещё ничего при этом не умел вообще, в принципе. А в то время (это был 1974 год) популярна была очень песня «Hop hey hop» – «Mrs Vandebilt». Это сольная пластинка McCartney «Band on the Run». Вот в этой песне там был переход по барабанам в припеве. И первым делом, когда я пришёл на прослушивание, я сыграл кусок вот этой песни и переход вот этот ту-ду-ту-ду-ту-ду-ту-ду, хоп-хей-хоп. Сейчас долго объяснять. Кто в теме, тот поймёт. И мне сказали: во как круто, слушай, надо тебя брать. И вот я стал играть в школьном ансамбле. Хотя при этом ничего ещё не умел абсолютно. Я показал, что я что-то могу, хотя я ничего не мог в принципе. Но вот. Мама мне купила палочки, я начал потихоньку заниматься, постукивать по коленкам и так далее. Вот. У меня была известная история, но я напомню, кто не знает. У меня был диван, очень классный старый диван, какого-то 1945-1950 года выпуска прошлого века. У него был отличный звук. Когда по нему лупишь палкой, звук был такой «мясо». И я всё время включал музыку, я с детских лет меломан, у меня было очень много музыки всякой. Deep Purple включал всякий, Led Zeppelin. И я подыгрывал по этому дивану. Я брал палки, играл просто тупо по дивану. Без педалей, без всего – просто. Приходили соседи постоянно снизу и обращались к Маме: у вас у сына какая-то, на чём он так играет, у него какая-то супер барабанная установка. Мама говорит: нет, зайдете посмотрите. И я сижу там по дивану, под музыку. Так начиналось, в принципе.

 

- В то время достать палочки было сложно?
- В то время трудно было очень достать что-либо вообще в принципе. Единственное, что можно было купить – медиатор за полкопейки. О палках вообще речи не было. Но каким-то образом мне достали. Потом у меня отец токарем работал на заводе. Он мне просто из каких-то болванок сам вытачивал. Но это до того, как я стал профессионально заниматься. Из бука.

 

- После этих занятий Вас занесло в джазовую школу?
- Меня занесло в джазовую школу, потому что в нашем дворе жил парнишка – он занимался в этой джазовой школе на гитаре. И он говорил: Мишка, ты так вообще. У нас, говорит, три пацана в джазовой школе, я-то гитарист, общаемся, так пацаны играют, тебя просто, говорит, за три года тебя на такой уровень поднимут. Я говорю: серьёзно, Венька? Его Веня звали. Он умер, царство небесное. Я говорю: Вень, ну ты мне да адрес. И вот я когда закончил школу, вот я пошёл и поступил в это джазовое училище. Ну, это не училище – школа джазовая. При ДК Володарского она находилась. Где Исаакиевский собор. Сейчас там ДК какое-то. Как же оно называлось? Не ДК Володарского. Забыл. Там клуб Полигон в этом здании. Забыл я название ДК. Но не важно.

 

- И в том же училище учился Святослав Задерий?
- Да. Учился на год старше. Потому что он на год меня постарше. Он 1960 года, я 1961 года. На один год.

 

- Вы в то время познакомились?
- Так просто получилось, что я в то время уже учился в джазовой школе, а Славы была группа «Летающая крепость». Они базировались в ДК Невский. И у них уходил барабанщик в армию. А Славка Задерий учился в то время в техникуме Морского Приборостроения. И учился он на одном курсе с моим однокашником, с которым я учился, который знал, что я тоже вот играю. И Славка чего-то обмолвился там среди одногруппников, что ищет барабанщика. И вот мой приятель школьный сказал: а у меня есть, говорит, одноклассник, вот он тоже занимается. Славка ему сказал: приводи своего одноклассника на репетицию. Вот мы с этим с Вовкой с моим приехали. Приехали на репетицию к Славе и вот там я в первый раз его увидел. Но так как барабанщика в армию не забрали, дело отложилось. Мне сказали: всё, парень, нормально. Я сыграл там чего-то, меня послушали. Я тогда уже мог чего-то сыграть. Меня послушали, сказали: ладно, если заберут, мы тебя найдём. Но парня не забрали. Я учился параллельно ещё в техникуме связи, в джазовой школе. Я уже и забыл про Славу. То, что я ездил куда-то, пробовался. Просто чисто для себя занимался. И однажды вечером звонок в дверь. Открываю – стоит вот этот Слава. Я, правда, его не сразу узнал. Слава и Вовка Богатырёв – это гитарист, первый гитарист «Хрустального шара». Славка меня спрашивает: ты, говорит, меня…

 

[обрыв]

 

- Может быть, у нас народ такой – привык со всем бороться, надо обязательно преодолевать какие-то препятствия. Когда мы начинали, у нас ничего не было вообще. В принципе. И о том, чтобы послушать какую-то пластинку фирменную, достать какую-то школу, барабанную ту же самую – вообще, и мыслей даже не было. Но были какие-то перезаписи с плёнки на плёнку. Такое качество, что вообще ничего не разберёшь. Сейчас у людей просто такие возможности, что если в то время мы это всё имели, то, наверное, было бы ещё всё круче. Но сейчас, что интересно, у людей очень много возможностей – занимайся любимым делом – все занимаются, но толку особого не видно. Не знаю, почему. Не могу назвать современные группы такие, чтобы цепляло. А в то время, зайти в тот же Ленинградский Рок-клуб – штук семь-десять хороших групп можно было сразу назвать. Сейчас этого нет. Видимо, нашему народу нужно всё время что-то преодолевать, чтобы чего-то добиться. Вот так.

 

- А Вы когда тогда начинали играть в группах, было понимание, что это что-то серьёзное и на века?
- Нет. Не было никакого понимания абсолютно, потому что когда я начинал играть в группе, у меня основная работа была электромеханика на междугородней телефонной станции.

 

- По образованию?
- Да, я работал там пять лет. Уволился только в 1987 году. Поступил туда в 1982 году. А, как известно, группа Алиса образовалась в 1983 году, то есть четыре года я играл в Алисе и работал на телефонной станции. Считал это основной своей работой, потому что, какую никакую, а зарплату получал. 140 рублей.

 

- А удавалось совмещать?
- Вот пока удавалось, я работал на телефонной станции. Но когда у группы Алиса дела стали немножко налаживаться в плане концертов, начались какие-то выезды. Вот первый выезд длинный был, помню, во Владивосток. Где-то я неделю отсутствовал на работе. Я брал за свой счёт. Когда я вернулся, мне начальница сказала: Михаил, ты выбирай, потому что ты сейчас взял за свой счёт 7 дней, а дальше я тебе просто не дам. Ну, вот я долго репу чесал, на самом деле. Потому что тогда денег было очень трудно заработать в отличие от сегодня. Так что я тогда вообще не думал о том, что это будет основной моей деятельностью по жизни.

 

- Когда существовал «Хрустальный шар» вы играли на танцах?
- Это не из-за денег.

 

- Но вы же зарабатывали что-то?
- Я же говорю, не из-за денег. Нам надо было где-то играть. Концертов, как таковых, не было. А тут худо-бедно каждую субботу, воскресенье, иногда ещё в среду, ты мог на танцах играть. Помимо танцевальной программы. Мы всегда играли, когда с Задерием в «Хрустальном шаре» на танцах, и танцевальную программу, под которую можно было потанцевать, и всегда вставляли свои какие-то произведения. Поэтому это была очень хорошая практика, школа и вообще для сыгранности и просто для тренировки это необходимо. Мы считай три раза в неделю играли концерты. Причём, не маленькие. Там три отделения по 45 минут. Три раза в неделю.

 

- А когда произошёл перелом, что больше никаких танцев?
- А это как-то незаметно произошло, я даже не знаю. Но мы же играли на танцах ещё до того, как к нам Кинчев пришёл. Это была уже Алиса. В начале Алисы мы уже на танцах практически не играли. Мы со Славкой из Хрустального шара, а Шаталин Андрей и Кондратенко Паша из группы Демокритов колодец – вот мы создали группу Алиса. Хотя он имела названия другие, и они периодически менялись.

 

- Дафна, Магия?
- Да. И в тот период мы уже перестали играть на танцах. А до 1983 года играли постоянно.

 

- А где были первые концерты Алисы?
- Самый первый концерт Алисы был во Дворце Молодёжи. Там проводились такие вечеринки: несколько рок-групп играли непонятно, то ли это танцы. Прямо в холле. Даже не в концертном зале. Прямо холл на втором этаже ЛДМ. Не знаю, как объяснить. Если кто-то был там, меня поймёт. Просто холл. Цветочная оранжерея. Ничего не приспособлено для концертной деятельности. Делалось типа такой сценки и устраивались вечеринки. По 3-4 группы выступали за вечер, рокерских. Слава Задерий – пробивной, тем более он работал тогда в этом Дворце Молодёжи. Работал в звукозаписывающей студии, размножали аудиозаписи. Он говорит: давайте, ребята, там сыграем. Когда Кинчев к нам приехал из Москвы, первый концерт там был. Кинчев же не сразу стал у нас вокалистом. Он приехал где-то 1984 конец – начало 1985. Сначала у нас не было Кинчева. И когда Кинчев приехал, когда мы сделали программу с Кинчевым. Опять же Задерий нас познакомил с Кинчевым. Спасибо ему за это. Славка говорит: вот я работаю во Дворце молодёжи, давайте сыграем, сделаем программу небольшую, 5-6 песен, потому что там групп много. Я помню, что были Странные игры с нами в одном концерте. И, естественно, первый выход. Мы подготовили всё, программу, репетировали долго. Первый выход и немножко переборщили с допингом. Чуть-чуть. Чувствовали себя не очень важно на сцене, но тем не менее народу понравилось, не знаю почему. И на следующий день была такая же вечеринка. Пришло уже в три раза больше людей. И те люди, которые были на первом концерте, который мы посчитали не очень удачным. И на второй день уже пришло в три раза больше людей и покатило вот с этого момента. Как снежный ком, знаете. С каждым концертом, который мы играли, ком увеличивался- увеличивался и вот до чего это доросло.

 

- А были какие-то антидопинговые правила?
- В то время нет. Абсолютно.

 

- А когда ввели?
- Ввели уже, когда АЛИСА стала профессиональной группой. Когда мы уже отыграли 15 лет. Константин Евгеньевич ввёл правило в турах не бухать.

 

- Только в турах?
- Вообще на концертах, в принципе. Не бухать. Но после можешь. До концерта и во время нельзя. А поначалу и до… ну, я не буду вдаваться в подробности.

 

- Во время записи Энергии группа развалилась, потом собралась. Как это произошло?
- Тогда было очень много периодов таких и моментов, когда группа была на грани развала. Но тем не менее… я сейчас не буду вдаваться в подробности. Любая группа – это как страна в миниатюре. Как семья в миниатюре. Здесь происходит всё: и ссоры, и разводы, и праздники, и радости. И не всегда все выдерживают вот этого быта. Существование внутри всех рок-группы – это настоящий быт. А каждый быт имеет нести собой вот такую фигню. Понимаете, как любая семья. Хотя семья чуть поменьше, естественно. Бывают и расходы, и ругань, и драки, и битьё посуды – всё, что угодно. Часто уходил Андрюха Шаталин, потому что он человек по жизни был очень справедливый. Но он и сейчас есть. Привет, Андрюха, если ты меня слышишь. Самый классный человек, который был в нашей группе. Мы до сих пор общаемся с ним. Мы, кстати, вместе с ним и ушли из группы. Он всегда очень негативно относился к какой-то несправедливости в группе. Он всегда был прав, но… человек очень классный и я его люблю. Люблю Шаталина и Пашку Кондратенко, нашего первого клавишника. Это два настоящих парня, с которыми в разведку можно и куда угодно. Чего не могу сказать про людей, которые пришла сейчас к Кинчеву в группу. Но это уже чисто личное, ладно, всё.

 

- Давайте прервёмся и послушаем песню Шабаш.
- Отличная песня. Это мой любимый альбом, вообще, Шабаш. Самый мой любимый. Я считаю, что на этом альбоме был самый лучший состав группы Алиса за весь период вообще существования. Чумычкин погибший, Королёв Андрюха сейчас работающий настоятелем в церкви в Белгороде, Константин Евгеньевич, Петя Самойлов, я и Шаталин. Честно говоря, я очень скучаю по тому периоду и, конечно, гибель Чумы намного наложила свою печать. До сих пор от этого не отойти и жалко. В общем, развалилась группа. Жалко. Тогда начался уже развал. В тот период.

 

- Когда выступления стали широкомасштабными?
- Самые большие концерты известные – это концерты в Юбилейном. Когда Кинчев был обвинён в фашизме. Там долгая история. Вы же помните, статья "Алиса с косой чёлкой" вышла в Смене после этих двух концертов. Два концерта было в Юбилейном. Причём был биток. Зал был полон. До этого ни одна из рок-групп не собирала такие площадки (примечание: с 28 октября по 2 ноября 1986 года «Аквариум» давал серию из восьми концертов во Дворце спорта «Юбилейный»). Просто правительству Питера не понравилось, что группа собирает такое количество оголтелых каких-то подростков. Не только подростков, были и нормальные слушатели. Но фанатов было много уже к тому времени, хотя не так, как сейчас. И просто, я так понимаю, был заказ сделан от правительства Питера в газету Смена, чтобы написали. Отправить туда корреспондента по фамилии Кокосов. Просто, чтобы была компрометирующая статья написана. Чтобы её просто прикрыть маленько. Не хороший ажиотаж был вокруг Алисы в тот период. Особенно в Питере. И началось всё с начала концерта. Народ заходит в зал. Проверка, естественно. Люди проходят в зал и на служебном входе не пускают жену Кинчева. Она беременна в тот период была. Её не пускают. Она говорит: почему вы меня не пускаете? А вот не хотим и не пускаем. Я, говорит, есть в списке. А нас не волнует в списке, не в списке, идите вот туда, договаривайтесь. Вызвали Кинчева. Кинчев вышел. Никакого эффекта, жену опять не пускают. Кинчев – человек такой заводной, горячий и он просто оттолкнул мента и ушёл. Там договорились с проходом и она прошла. Мы отыграли концерт и на следующий день после концерта выходит статья «Алиса с косой чёлкой» (примечание: скандальный концерт был 17 ноября, а статья вышла 22 ноября 1987 года). Вот совершенно не понятно. Там были приведены такие обвинения, значит, что в одной из песен, «Хей ты там на том берегу» песня называется, «хей ты там» такие слова Кинчев поёт, а Кокосов пишет «Хайль Гитлер на том берегу». Вот как это? Ему не слышится, у него был заказ. Вот и всё. Открывают судебные какие-то дела, обвинения вот эти, группу запрещают по всей стране на год. Мы год практически не играли после этой статьи. Пришлось судиться с этой газетой. Суд был где-то месяцев через шесть-восемь. Мы всё это время были без работы.

 

- А тогда можно было судиться с прессой?
- Вот был такой прецедент, да. Мы судились с прессой и причём после этого где-то через две недели вышел ещё один номер Смены, такая же разгромная. Причём шапка на первой странице, на второй странице статеяща. И в третьем номере где-то через месяц опять такая же и всё с обвинением Алисы в фашизме. Нас всех вызывали. Я помню, я ездил на Петроградскую куда-то. Всех вызывали и обвиняли в фашизме. Конкретный бред. Вот. И когда мы выиграли суд, потому что не было ничего вообще, достали фонограмму с этого концерта. Где вы слышите? Где «Хайль Гитлер»? Где? Откуда взялся? «На том берегу» тем более. Там присудили газете Смена вынести оправдание, чтобы газета Смена извинилась. И вышел на следующий день после этого заседания выпуск газеты Смена, последняя страница, там, где прогноз погоды, мелким-мелким шрифтом то, что газета Смена приносит свои извинения. А когда обвиняли, это шапка была…

 

- А в советское время присутствовали официальные лица на концертах?
- Они присутствовали, но не афишировались.

 

- Какое их истинное отношение к материалу?
- Я вам сейчас рассказал, по-моему.

 

- А потом с журналистом встречались?
- Нет. Много чести. Зачем?

 

- А Кинчев же эту песню посвятил иностранным гостям…?
- ментам и прочим гадам. Потому что жену его не пускали, он повздорил с милицией, он был заведён. Он был на взводе просто. Он обычно не объявляет песни, мы просто играем одну за другой. А здесь, перед этой песней он сказал: а следующая песня посвящается иностранным гостям, если они есть в зале, ментам и прочим гадам. Вот. И после этого вышла вот эта статья.

 

- А сидя в гримерке перед концертом вы понимали, что сейчас чего-то будет?
- Ничего не понимали вообще. Самое смешное, мы после этого концерта поехали в Челябинск играть. Там был фестиваль. И приезжает Славка Задерий, он играл в группе Нате тогда уже. Приезжает в гостиницу, заходит ко мне в номер. Миша, говорит, ты знаешь, что против вас тут судебное дело? Такая статья вышла, ты что, читал? Я говорю: не читал, мы только прилетели. И он достаёт вот эту газету Смена. Мы обалдели тогда. Мы сразу поняли, что группу прикроют.

 

- Бывали ли санкции с отменой выступлений из-за дебошев?
- Такого не было никогда. Отмены не было никогда на моей памяти. Если что-то в зале происходило, если фанаты себя не правильно вели, он успокаивал фанатов. Если начинали распускать руки, махать дубинками охрана, он усмирял охрану: вы же такие же ребята, чего вы их машете дубинками, послушайте музыку, зачем это? На самом деле Кинчев пытался примирить всегда. Он никогда не хотел вступать с властью в какие-то эти… Он всё время пытался как-то утихомирить и публику, и охрану.

 

- А ещё вы играли в группе Время любить и у Нины Барановской описан очень интересный случай…
- Нине Барановской очень не нравилось, что я там играл. Я знаю. Кинчеву тоже, кстати.

 

- …у неё описан случай, Время любить играли перед Алисой и весь зал молча отвернулся от сцены.
- Такого я не помню. Никогда Время любить не играла вместе с Алисой. Я не знаю, откуда вы это взяли. Ей не нравилось всё время, что я играл в этой группе. Потому что там немножко специфические тексты были у ребят. Время любить. На тему любви.

 

- А было всеобщее братство в рок-клубе?
- Вы знаете, не то, что братство, но группы как-то между собой дружили такими группками. Обособленно. Алиса особо ни с кем. Такой дружбы особой не было у Алисы. У меня были со всеми хорошие отношения всегда и до сих пор так. С кем ни встречаюсь где-то на тусовках, только о приятном вспоминаю. С Телевизором у нас хорошие отношения были, с Мишкой Борзыкиным и с остальными музыкантами. С Шевчуком… Очень интересно заседания проходили в рок-клубе. Собирались все в зале, председателем был Коля Михайлов. Собирались в зале актовом на Рубинштейна внизу. Куча каких-то людей непонятных. Отмечались там чего-то, Коля список зачитывал. Группа Алиса здесь? Да, тут. Кино здесь? Здесь. Так, повестка дня такая-то. Посидели, пошли пить пиво с сосисками в бар Жигули. Вот и всё.

 

- С Барановской я напутал, но был вопрос такой: играя в супер-популярной группе Алиса, при этом играть в другой команде, как так?
- Вы знаете, не знаю почему, но мне никогда не хватало одной группы. Сейчас я играю, например, в шести или в семи, я даже не знаю. Мне интересно играть разное. И мне нужно играть, чтобы развиваться, как музыканту и вообще. А когда ты играешь одно и то же в течение какого-то периода времени, это напоминает уже детали на станке, я же не токарь, чтобы одно и то же с утра до утра. Одна программа, сидишь и смотришь, вот у тебя пять песен осталось до конца, вот уже три, отыграл, закончился день, пошёл домой с вахты. А мне интересен сам творческий процесс, сама музыка, поэтому мне интересно играть разное. Я играю вообще любую музыку. От панка до арт-рока и мне всё это интересно. И с кем бы я ни играл, все говорят, что у меня это получается. Со мной играть интересно, это я уже себя начинаю хвалить. Не буду.

 

- А пришло понимание, что ты рок-звезды?
- Ещё не пришло понимание. Я знаю, что я ничего не знаю. Я себя легендой не считаю. Я себя считаю музыкантом, который каждый день познаёт чего-то новое и стремится к чему-то более совершенному. Вот и всё.

 

- А вы помните свой самый первый автограф?
- Не, не помню. В Алисе…

 

- А не было желания уйти обратно на завод, связистом?
- Было не желание, было ощущение перенасыщения концертной деятельностью. Опять же говорю, что такой чёс до добра не доводит. Возьмите любую группу, которая чешет с концертами, посмотрите на их лица во время концерта. Это жалко смотреть. Человек, когда выходит на сцену, у него должен глаз гореть, и он должен выплёскивать всего себя в зал. Иначе народ не поверит. А здесь просто люди выходят чисто для зарабатывания бабла. Понятно, что музыкантов это занятие для зарабатывания денег, ничего другого мы не умеем. Но есть какие-то вещи, я считаю, что нельзя чесать в месяц по 15-20 концертов. Это просто убивает и интерес у человека, а о творчестве вообще разговора нет. Поэтому в великих группа, как правило, музыкант приходит хороший в большую группу (в нашей стране нет великих групп) и где-то через полгода-год вместо того, чтобы развиваться, он просто затухает. Не интересно человеку. Поэтому надо на этот предмет, имея хорошую большую группу, ещё параллельно с этим своим любимым делом.

 

- Барабанщик или ударник, как правильно назвать?
- Барабанщик, конечно. Ударник социалистического труда если.

 

- А вы были борцами с системой Советского Союза?
- Мы это во главу не ставили никогда тогда. Как у Борзыкина во главу угла это не ставилось никогда. Просто подчёркивали какие-то теневые вещи в нашем строе, а так, чтобы ставить это во главу угла не было никогда такого.

 

- То есть у вас не было такой цели?
- Может быть, у Кости это было, у меня вот этого не было, честно вам скажу. Мне не нравилась система, но я же стихов не пишу, поэтому бороться с помощью стихов я не могу.

 

- Не хочется вернуться в те времена?
- Нет. Там много чего не было, что есть сейчас. Бороться с системой было бесполезно, потому что всё это оборачивалось против тебя моментально. Очень многие музыканты за это платились. Обратно сейчас возвращаться туда не хочется.

 

- А сейчас есть что-то похожее?
- Нет. Моё мнение, что людям искусства не надо лезть в политику. Биться с системой – это не дело музыканта. Раньше играли плохо, но было за что зацепиться, хотелось это слушать. И народ не обращал вообще никакого внимания, как ты это сыграл – криво, мимо. Я вам расскажу про концерт Кино. Когда в Рок-клубе выходила на сцену группа Кино, зал пустел на половину. Потому что так безобразно играть было не возможно. Люди не попадали просто вообще никуда. Тем не менее, смотрите какой сейчас культ Кино. Команда, которая в принципе играть особо никогда не умела. Просто я свидетель, я вам врать не буду, я был на многих концертах, потому что совместные были выступления. Я не буду сейчас, конечно, Витьку обсирать. Тем не менее, зерно-то в нём было. Не важно было, как они играли. Не важно, как они это доносили. Хотя это важно, в принципе. В его песнях ничего такого нет, но они цепляют людей. Цепляют до сих пор. Это феномен. Понимаю, Пол Маккартни, у которого величайшие мелодии, у него песни супер, у него мелодика. Здесь в принципе у Витьки особо ничего не было, но это цепляло людей. Это феномен. Это ничем не объяснить.

 

- А если бы его поместить в наше время?
- Ничего бы не было, мне кажется. Это опять же моё мнение. Я представляю, как киноманы на меня сейчас ополчатся. Это культовая группа, конечно. У нас музыку не слушают, у нас в основном слушают слово. Это раз. Во-вторых, у нас музыканты, как инструменталисты, как индивидуально крутые исполнители тоже не ценятся. Главное, что стоял по середине сцены лидер, глыба и все на него из зала… Почему-то нужен обязательно лидер. Также и в политике, и везде. Если в группе есть лидер ярко выраженный, значит у группы будет будущее. Почему-то так получается.

 

- А рок-н-ролл жив?
- Пациент скорее жив.

 

ВОПРОСЫ ОТ СЛУШАТЕЛЕЙ:

 

- Как относитесь к экстремальной музыке?
- Все направления требуют очень высокой техники и высокого мастерства, чтобы играть такую музыку. Но это не музыкально, там практически нет гармоний, поэтому я стараюсь такую музыку не слушать. И у меня не получается так играть.

 

- Насколько вероятно Ваше появление на концерте Алисы?
- А когда они будут интересно… Дело в том, что предыдущие были какие-то юбилеи, и когда у Константина Евгеньевича Кинчева спрашивали, будет ли он приглашать ребят (меня, Шаталина), он сказал, что не надо, обойдёмся своими силами. Я думаю, что у него та же самая позиция. Я бы с удовольствием поучаствовал и окунулся бы в эту атмосферу с превеликим удовольствием. Но судя по всему Костя этого не хочет. Не хочет – как хочет. Хотя странно, потому что 35 лет группе, если начинать исчисление с 1983 года, в 1983 году Кинчева и вот этих всех людей, которые сейчас будут на сцене на юбилейных концертах, их ещё и близко не было. Поэтому давайте начинать исчисление группы с другого года. Вот моё такое мнение. Но если Костя не хочет, что я могу сделать? Я бы с удовольствием поиграл бы.

 

- Планируется ли какая-нибудь совместная работа с Андреем Шаталиным?
- Я общаюсь с Андреем Шаталиным в основном по телефону. Иногда мы встречаемся с Пашей Кондратенко. У нас был совместный проект, он был приурочен к смерти Святослава Задерия, который организовал Алису. Мы просто делали композиции на его стихи. Втроём делали: я, Шаттл и Паша. Сделали вещей 5, наверное. Сыграли их на Невском-24. Вроде было ничего, но дальше этой презентации не пошло. А так, больше совместных не было.

 

- А как зритель пойдёте на Алису?
- Нет, конечно. Даже если денег дадут, не пойду. Не был ни разу и не хочу.

 

- Что для Вас присутствие в группе Алиса?
- Я могу сказать, что группа Алиса – это моя жизнь. Больше я ничего не буду ни добавлять, ни отнимать.

 

- Вы играете в большом количестве коллективов, какой выделите?
- Знаете, я играю во многих коллективах и во всех я отдаюсь. Но, заметьте, я не проститутка, мне просто нравится то, что я делаю. Поэтому выделять какую-то группу я не стану.

 

201802021

 

201802021

 

201802021

 

201802021

 

201802021

 

Фотографии: РАДИО ГОРОД КУДРОВО

 
Дата публикации: 05.02.2018;   Опубликовал kibitka;   Кол-во просмотров: 443
Новость была отредактирована пользователем kibitka 19.07.2018,
Причина редактирования: расшифровка
31 января 2018 - Концерт - Ижевск - ДК Металлург - «35 ЛЕТ»
2 февраля 2018 - Концерт - Киров - Клуб "Гауди" - «35 ЛЕТ»

 

 

НАВЕРХ